Как изобрести будущее? Раньше я об этом как-то не задумывался — пока не решил представить, каким будет мир через 70 лет, к 70-летию New Scientist. Я всю жизнь был фанатом научной фантастики, так что перечитал и пересмотрел гору всего, что могло вдохновить. Но поскольку это New Scientist, я старался опираться на реальную науку и технологии — при этом понимая, что ни один прогноз будущего не бывает точен.
Нельзя одновременно жить в «Терминаторе» и «Звёздном пути»
Начал я с коллег: спросил, каким они видят будущее, а потом попробовал собрать этот научно-фантастический винегрет во что-то похожее на связный сюжет. Сложность в том, что разные варианты будущего друг другу противоречат. Не получится одновременно поселить человечество в разорённую войной антиутопию с ИИ из «Терминатора» и в утопию из «Звёздного пути».
Хотелось и надежды, и реализма — поэтому я посмотрел, что научная литература говорит о конце века. Самый очевидный прогноз — климатический: мы довольно неплохо представляем, что может произойти в 2096 году при нескольких сценариях, потому что всё сводится к атмосферной физике, которую можно смоделировать. Правда, какой из сценариев сбудется, зависит от политики, так что одна наука тут не подскажет. Ещё я взял демографические прогнозы: они по большей части предопределены текущими тенденциями. Мысль о том, что конец века станет первым временем, когда человечество живёт при сокращающемся населении, стала отличной нитью для финального материала.
Самое трудное — искусственный интеллект
Больше всего я маялся с ИИ. Я не готов строить прогнозы даже на пару лет вперёд: как я уже писал, мои взгляды на эту технологию заметно изменились между выходом ChatGPT в 2022 году и сегодняшним днём. Как тут предсказать, что будет к 2096-му? К тому же ИИ грозил заслонить собой всё остальное. Есть график Financial Times, о котором я думаю часто, — с заголовком «ИИ может покончить с дефицитом, покончить с человечеством — или повысить рост [ВВП] на 0,2 процентных пункта». Чтобы история осталась осмысленной, я решил ограничить ИИ этим скучным средним вариантом — и придумал финансовый кризис, вызванный ИИ, после которого нам пришлось бы ввести ограничения на технологию. Насколько такое вероятно, я понятия не имею. Но, кажется, это единственный способ сохранить будущее понятным для нас сегодняшних.
Я поговорил с десятками экспертов и заранее ждал, что они будут противоречить друг другу — и полезно, и сбивает с толку. Так и вышло. Но интереснее всего оказалось другое: междисциплинарного прогнозирования в науке почти нет. Скажем, попытки предсказать будущее общественного здравоохранения только-только начинают учитывать, как изменение климата будет сочетаться с болезнями и состояниями, с которыми мы сталкиваемся. А многие из моих собеседников всерьёз не задумывались о том, как ИИ изменит их собственную дисциплину.
Когда я стал сплетать всё это воедино, одной из самых неожиданных идей оказалось расширение правового понятия личности. Глядя на то, как сегодня меняется наше отношение к животным и к искусственному интеллекту, я увидел здесь возможность — и придумал для своего материала Международный договор о нечеловеческой личности. У этого в сюжете оказалась масса интересных последствий, и я раз за разом находил новые способы, которыми нечеловеческие личности влияют на мир. Опять же, ставка большая, но, по-моему, не безумная.
Кто доживёт до 2096 года
И ещё одна мысль, от которой я так и не смог уйти: я — и, вероятно, почти все, у кого я брал интервью, — не доживу до момента, когда это можно будет проверить. В 2096 году мне было бы 110 лет. Это не невозможно, особенно с учётом медицинских достижений, которые я описываю в материале, но всё-таки маловероятно. В каком-то смысле 70 лет — идеальный горизонт для прогноза: он лишь чуть-чуть выходит за границы ожидаемой продолжительности жизни большинства взрослых. Узнать, что случится на самом деле, мы не сможем никогда. Мы можем только воображать.